Выбор, покупка аппаратуры

ГИБЕЛЬ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ

В дворце цезарей вьет паутину паук,

В башне Афросиаба дозор свой несёт сова…

Неизвестный персидский поэт.*

Э поха возрождения Римской империи была временем нового демографического цикла, начавшегося после окончания арабских завоеваний. Те, кому посчастливилось выжить, вернулись на родные пепелища и стали вновь распахивать поросшие осокой поля; постепенно восстанавливались деревни, потом снова пришло время земельного голода, появились богатые и бедные, и началось Сжатие. Старые предания о юстиниановом Граде Божьем ещё жили в народе, и первые социальные распри подтолкнули Василия I к восстановлению правления, основанного на справедливости. Василий основал Македонскую династию, правившую двести лет и защищавшую крестьян от ростовщиков и помещиков. Так же как императоры прежних времён, новые «василевсы» боролись со знатью и опирались на чиновников и солдат. Новые легионы Империи формировались из зажиточных фермеров, имевших кольчугу и лошадь; крестьяне победнее вместо службы в ополчении платили налоги.

Время шло, и демографическое давление постепенно возрастало, безземельные крестьянские сыновья уходили на заработки в города, Константинополь снова наполнился ремесленным людом, настало время возрождения городской жизни, наук и искусств. Однако Сжатие нарастало, и голодные годы приходили всё чаще, ремесло не могло дать работу всем "лишним людям", нищие бродили по дорогам и просили подаяния на улицах. В деревне не хватало земли, и обнищавшие крестьяне были не в силах платить налоги. Фермеры‑стратиоты разорялись и не могли служить в ополчении, легионы слабели; вдобавок столетия мирной жизни снова лишили греков воскресшей было воинственности. Как в давние времена, императоры стали нанимать варваров, варягов и франков; русые воины с секирами охраняли дворец василевса и первыми шли в бой – навстречу другим варварам, орды которых снова подступали к границам Империи. В середине XI века Великая Степь выплеснула из своего чрева новую Волну; конная лавина новых завоевателей, тюрок, прокатилась по равнинам Персии и хлынула через римские границы. Собрав все силы Империи, царь Роман IV выступил навстречу врагу; в августе 1071 года близ города Манцикерта произошло решающее сражение. Римская армия была разгромлена, и Тюркская Волна медленно растеклась по Малой Азии.

Катастрофа при Манцикерте и пленение императора повергли Империю в хаос; в то время, как тюрки осаждали греческие города, военная знать подняла новый мятеж. Началась гражданская война, повсюду свирепствовал голод, на улицах столицы лежали трупы умерших голодной смертью. В апреле 1081 года войска фракийских динатов штурмом овладели Константинополем и подвергли город жестокому разгрому. Победившая военная знать провозгласила императором своего вождя Алексея Комнина – основателя новой династии Комнинов. Не в силах выдержать напора победоносных тюрок, Алексей обратился с призывом о помощи к христианам Запада; этот призыв был поддержан римским папой, и сотни тысяч франков (так называли европейцев на Востоке) двинулись в "крестовый поход", чтобы не только помочь грекам, но и освободить Иерусалим.

В декабре 1096 года крестоносное ополчение подошло к Константинополю; горожане со страхом смотрели на огромное скопище воинственных варваров. Некоторые из крестоносных вождей показывали на золотые купола дворцов и предлагали соплеменникам разграбить греческую столицу. Однако на этот раз всё обошлось, крестоносцы переправились в Азию, разгромили тюрок при Дорилее и, вернув грекам малоазиатские провинции, ушли к Иерусалиму.

Империя получила передышку, и преемники Алексея Комнина использовали её, чтобы реорганизовать армию. По образцу тюрок и франков они стали давать в кормление воинам деревни с крестьянами; в императорской армии появились франкские рыцари с гербами и пышными султанами; на ипподроме устраивались рыцарские турниры, и сам император, случалось, выбивал из седла соперника под восторженные возгласы прекрасных дам. Внук Алексея Мануил I (1143‑80) прославился как храбрый рыцарь, всегда сражавшийся в самой гуще боя; он породнился с франкскими вождями и оказывал им предпочтение перед греками. Он покровительствовал итальянским купцам, которые во множестве селились в столице и, пользуясь привилегиями, забирали в свои руки греческую торговлю. Это вызывало ненависть горожан к "латинянам", после смерти Мануила в Константинополе разразилось восстание, "латинян" убивали на улицах, стоявшие в гавани итальянские корабли жгли "греческим огнём".

Эти события превратили бывших союзников во врагов, и давно утратившим воинское мужество грекам теперь приходилось полагаться лишь на свои силы. Крестоносцы, уже столетие алчно поглядывавшие на богатства Константинополя, искали лишь случая, чтобы овладеть ими – и вскоре такой случай представился. Один из претендентов на императорский престол, царевич Алексей, обратился к вождям четвёртого крестового похода с просьбой о помощи, и летом 1203 года греки увидели с городских стен тысячи парусов, почти закрывших собой море. Огромная варварская армия осадила Константинополь – как когда‑то германцы Алариха осаждали Рим. После первого же штурма греки согласились вернуть престол отцу Алексея Исааку, и война на время затихла. Однако франки потребовали столько золота, что Исааку пришлось изымать драгоценную утварь в церквях – это вызвало восстание, горожане свергли Исаака и приготовились к новой осаде. Никто не ожидал, что крестоносцы смогут взойти на стены Константинополя, устоявшие перед множеством варварских племён. Однако франки сумели найти место, где стена, шедшая вдоль залива, была ниже, чем в других местах; они прикрепили к мачтам своих кораблей сотни перекидных мостиков и неудержимым потоком хлынули на укрепления. 12 апреля 1204 года произошла одна из самых страшных катастроф в истории человечества. Столица обетованного мира была взята, разграблена и почти полностью сожжена варварами. Через восемь веков после падения Первого Рима та же участь постигла и Второй Рим. Возвращавшиеся на родину крестоносцы с гордостью показывали свою добычу: усыпанные драгоценностями кресты и чаши, шелковые одежды и чернооких пленниц. Римская Империя погибла, и тысячи беглецов пересказывали во всех концах света повесть о её гибели.

– Теперь не знаю, что и сказать, – написал греческий хронист Никита Хониат на последней странице этой повести.

***

Однако нам придётся сказать несколько слов о том, что происходило позже, о жизни среди развалин. Земли вокруг константинопольского пожарища достались одному из предводителей крестоносцев, Балдуину Фландрскому, который поселился в уцелевших палатах Большого Дворца и называл себя императором. Франкские рыцари поделили между собой опустошённую войнами и восстаниями страну, построили замки и поработили уцелевших крестьян. Это было время одичания и нищеты; чтобы добыть деньги, франкские "императоры" продавали свинцовую кровлю собственного дворца и, по преданию, отдали за долги итальянским банкирам великую христианскую святыню – подлинный терновый венец Господень. Но постепенно завоеватели познакомились с культурой покорённого народа; епископ Гийом де Мэрбеке перевёл на латынь Аристотеля, Гиппократа и Архимеда – и потом, в XIV веке, греческие монахи передавали драгоценные знания творцам европейского Возрождения, Петрарке и Боккаччо. Франкские рыцари постоянно воевали между собой и с сохранившимися на окраинах греческими княжествами; в 1261 году грекам удалось овладеть тем, что осталось от Константинополя, и их вождь Михаил Палеолог стал называться "римским императором". Власть этих "императоров" распространялась немногим далее полуразрушенных стен "Нового Рима", вокруг города хозяйничали болгары и тюрки. К началу XIV века тюрки создали мощное государство и в 1453 году взяли штурмом Константинополь. Султан Мехмед II въехал в завоёванный город, сошёл с коня перед храмом Святой Софии и, преклонив колена, посыпал голову землёй в знак покорности Богу. Рассказывают, что он долго бродил среди развалин Большого Дворца, тихо повторяя стихи персидского поэта:

Во дворце цезарей вьёт паутину паук,

В башне Афросиаба дозор свой несёт сова…

Мехмед отнял у воинов и освободил несколько знатных женщин,

Но остальные жители города были обращены в рабов.

Таков был конец Нового Рима.

Share
Tags :
06.04.2017